Чудесен мир на нашей особой голубой планете, Здесь всё не так, как на соседках иной среды, Или крутящейся вокруг солнца одноразовой комете, Несущей в чреве углекислый газ, метан и льды.
Глазами с картины взирает сюрреалистическое чудо, Волшебным образом всё тут на планете родилось и расцвело, И не было здесь на всякий случай, созданного атрибута, Поэтому каждый выполняет отпущенное свыше ремесло.
Основой основ раскинулось по планете древо жизни, Не до конца изученное и понятое за канувшие века. Сложнейший механизм построен согласно аксиоме, И каждую тварь с любовью выпестовала Земля.
В основе дерева условного на планетной черне, Проглядывается картинно нос, он дышит, там душа... Похрапывает он иной раз, да так что требуются беруши, Как в миг, когда слоновий рев, вдруг выйдет на гора.
Любовно улыбаются для всех жующих листья- губы, Вон гусеница хрупает эту зелень за две щеки. И далее уже в результате загадочной метаморфозы, Застыла бабочка с крыльями одноглазой красоты.
А птицы зоркие приготовились уже над полем жатвы, Кружат, надеясь вырвать выделенный природой куш. Тут всякому не отмерены излишества халявы, Конечно кроме главных повелителей морей и суш.
Ну да, конечно, вон прижался к древу один двуногий, Стоит задумчиво осматривая горы и солнца свет, И думает, быть может, о пагубности своей для экологии, Хотя скорее, его на время всего лишь ослепил ультрафиолет...
