К картине А.И. Куинджи "Дарьяльское ущелье. Лунная ночь" 1895 год.
Над грандиозным природным разломом Кавказа Правит баллом ночным полнолицая в пятнах луна, Мистицизмом обуяв преддверия Верхнего Ларса И ущелье Дарьяльское до самого глубокого дна.
Шумит Терек тревожно в желтеющем мертвенном свете, Унося свои воды на север в Аграханский залив. Он гудит и гудит тревожно в картинном сюжете, Добавляя в скалистый проём вечный свой нарратив.
Он шумит на своём языке, повествуя рассказы О событиях тысячелетних, давно канувших в быль, Восхваляя золотой век красавицы царицы Тамары, И о восторженных, и вдохновлённых, кто тут был.
Галдят водопады своей аурой наполняя горное диво, Вторя Тереку на понятном ему водяном языке. Они гордые и шумят по- мужски не плаксиво О канувшем уж давно на этом чудном планетном клочке.
Горы раздвинулись ущельем, образуя Ворота Аланов, Словно хищную пасть приоткрыв Большого Хребта. Чёртов мост рукотворный среди истуканов, Живёт жизнью, но нет потусторонности в нём ни черта.
Что- то есть в горах мистическое, особенно ночью, Когда в полную силу свою входит странная эта луна. Вторит облачность причудливая закулисному отродью И трепещет до восхода тревожно людская душа.
