Песочные часы в сравнении с традиционной стрелкой, Неумолимы вещественным доказательством канувшего бытия, Исчезнувшего в прорве структурой пылевидного сегмента, Недавно томившегося в верхней колбе из прозрачного стекла.
Низверглось на глазах оно в нишу иного измерения, Мили секундой в образе зыбуче мельчайшего песка, Лежит песчинкой с признаками неумолимого старения, Своё уже отжившей в составе нынешнего дня.
И сыплет, сыплет время свыше на растущую могилу, Секунды, канувшей через зауженный портал, Всё выше, выше холмик, укрывающий временную тризну, Сотрётся память её облика, останется лишь трагический оскал.
Пройдёт ещё период и место колбового погребения, Забудется, открыв вновь жерло для очередных иных, Песчинок судьбоносных, прошедших стадию омертвения, Сравнимых с прядью вдруг появившихся волос седых.
Неумолимо завянут цветы на подоконнике окошка, Тяжёлый занавес закроет свет от солнечного дня. Накрыла временную пропасть девичья нежная ладошка, И повзрослела молодость с печальным выражением лица.
